А ты будешь по мне скучать? В банке хранить музыку моих глаз, выпивая с утра вместо сока. Вспоминать, как скользил пальцами по моей коже, изучая дорогу синих рыб. Как смотрел, как запуталось солнце в моих волосах и отчаянно пыталось вырваться. 
Проходя по родному городу, услышишь крик оконных стекл Арбата. Одиноко рыдает Москва-река, обнимаясь с железными кораблями. И захочется снова окунуть ладонь в холодные ручьи моих пальцев. Снова в горло потечет залпом коньяк, а в голове бешено будут бегать воспоминания, ударяясь о глаза, выползая из-под них прозрачным льдом. А так хочется выпить бокал нежности, а не водки. С утра проснуться от порхания теплых губ по лицу, а не от режущего крика секундной стрелки. 
Подойдешь к двери и вспомнишь: перед тем как уйти, бросила комом: “Ты еще захочешь лета.”

Да простит меня Андрей Вознесенский(с)

Аккуратно разбив твои крылья, я так нежно душу твои плечи. Я тебя никогда не забуду, я тебя никогда не увижу. Потерявши камень разлуки, мы согреем с тобой эту землю. Ты меня никогда не увидишь, ты меня никогда не забудешь. И разрушив все замки разлуки, мы подумаем: “Боже Всевышний!”. Мы же нас никогда не забудем, мы же нас никогда не отпустим

Я тебя ненавижу бессильно,
Незаметно стирая портреты.
Задушить бы тебя бы насильно,
Не оставив надежды кометы.

Я хочу оторвать тебе пальцы,
Что ласкают чужие мне руки.
Не люблю твои глупые танцы,
Из-за губ твоих вечные  муки.

Ненавижу тебя до мурашек,
Так, что  жить не хочу и не смею.
Я люблю тебя, милый барашек,
От улыбки твоей я немею.

Жить нельзя выживать. У каждого своя запятая. Еще пару месяце назад, я бы поставил запятую после “жить”. Или не месяцев, а лет… Я не помню. Я разрушил стену и теперь плыву по течению того, что никогда не будет мне подвластно. Вечность - идеальная фигура. За то, что я растворил свою душу в потоке недосягаемого, я вознагражден ворохом воспоминаний. Я как будто в безупречном калейдоскопе: все крутится вокруг меня, картинки жадно борются между собой, желая показать мне всю свою красоту. 
Я облокотился на стену и медленно закурил. В отражении пыльной плитки сигарета казалась маятником, равномерно сгорающим дотла. Милая запустила мне в волосы холодные ручьи пальцев и ласково уткнулась мне носом в шею. Я шумно выдохнул, а Она потянула свои тонкие руки к кольцу дыма. Ее рука изящно изгибалась, словно белоснежная лента с небольшой красной ниточкой, которая вплелась в столь нежное и хрупкое, идеальное… Я снова выдохнул и Милая тихонько коснулась дыма немного кривым пальцем. Моя вина, не доглядел. Мои ладони аккуратно прикоснулись к ее руке. Пальцы бережно провели по до боли знакомой коже, пытаясь обогнать мурашки, высыпавшие так внезапно. Ее рука слегка задрожала, ладонь сжалась в кулак, а потом снова раскрылась и проскользила по моей щеке.
- С твоих губ срывается дым.
Я ловлю его нежно губами.
Поменяться местами бы с ним - 
Перестали бы быть врагами. - немного путаясь произнесла Она.
Мой любимый день. Картинка ушла, оставив меня в идеальной комнате. Какой сегодня день? А день ли сейчас вообще или ночь? Мой слух жаждет окунуться в шум секундной стрелки. Я хочу встать, выйти на улицу. Но стоп. Что там? Там движение, правила, снова временная стена, которую я разрушил. А зачем возвращаться туда, где меня отторгают? Там, где выплевывают меня. Даже не так. Я и есть то, что выплевывают, вырывают. Зачем тогда мне возвращаться? Я в своем заповеднике тестирую одиночество. Эмпирически. И чем больше я срубаю, тем больше одиночества вырастает. Я - есть. Я - не иллюзия. Я - капля в бесконечности. Я так и не нащупал дна. А Она… Была ли она вообще?
P.S. Ваня, похоже, нашел свой гашиш(с)

 Но не дай Бог мне любить всю жизнь, то есть так же не взаимно как сейчас. Я готова молча таить в себе хоть три года, если результат будет того стоить. А пока.. Да я такой чушью страдаю. Радует одно: я нашла человека, с которым мне хорошо. Но я не хочу строить с ним долгие отношения, так как все равно жду. Я как Ассоль. Только мои алые паруса лишь мираж на соленом горизонте, поглощающий солнце. Мимо проплывают прочные и необычные корабли на которых я не могу уплыть. Потому что на моем сердце бантиком завязана предательская алая лента

И даже Богам не объяснить как сильно я по нему скучаю. Я сейчас совершила большую глупость. Я чудила и чудила по страшному. Включила клипак на его странице и клянусь своей верой в этот рвотный мир, я чувствовала его рядом; в моей голове отскакивали от стенок черепа вибрации его голоса. “Любовь живет не три года, любовь живет вечность.” Мои глаза сожрали эту фразу на его стене и даже не подавились. А все потому что правда. Он абсолютно странный и не с моей планеты. Может, потому что я изгой, раз не понимаю его, а может он пришелец и мне, человеку с обычной красной краской под кожей, не постичь, не заглянуть хоть одним глазком в его мир. А может, бы оба из космоса, да только с разных орбит. Вот и получается, что его планета яркая, необычная, а моя призрачная и полуживая.

Ты немного сутулишь плечи,
Нежным шелком их укрывая.
Я стою потеряв дар речи,
Без стыда за тобой наблюдая.

Разозлив все схемы системы,
На которых мы мир сохраняем,
Понимаю как чувства все немы.
Удивляюсь, что не замечаем.

Твои яркие красные губы
Незаметно надели улыбку.
Понимаю насколько мы грубы,
Называя жизнью картинку.

Моя Снежная Королева. Тебя легко растопить прикосновением пальцев. Лишь бы не показать как тебе приятно умирать от нежности, ты заключаешь меня в ледяной плен своих глаз. Я настолько слеп, что даже не понимаю какого они цвета. Их цвет, словно отдельный живой организм, - живет по своим правилам. Временами он зеленый, временами синий, реже серый. Я стараюсь разгадать его загадку, ища логичную закономерность. Но как же я глуп, раз забываю, что ты антихрист логики. Ты непредсказуема и импульсивна. Рядом с тобой яблоки падают в небо, а младенцы рассуждают о красоте мира и о политике нашей страны.
Ты надела новое красное платье и весело закружилась. Я наблюдал за кровавым водопадом, который освещал под тобой землю. Он шумел, бережно огибая твою талию.
- Почему ты молчишь? Тебе не нравится платье? -  спросишь ты.
Моя Снежная Королева, ты говоришь, а от звука твоего голоса мое сердце покрывается тонким слоем льда. И знаешь что, моя милая? Я ни за что не променяю лед на глупое желтое солнце.

И тонкие нити звезд
Запутают наши пальцы.
В погоне за чашей грез,
Мы не избежим нотаций.

Уста наши нежно молчат,
Даря друг другу улыбки.
А руки грубо кричат,
Сжимая разлуки открытки.

Под нашими темными веками
Мы сохранили планеты.
Ты живешь лишь моментами,
А я сохраняю секреты.

Вы любите море? Его изумрудно-зеленую воду, в которой запутались солнечные лучи? Его запах соли, остающийся на губах? Вам нравится смотреть как гибкие волны обнимают берег?
У меня есть два любимых моря: Ее глаза и коньяк. Хотя я не вижу разницы между ними. Оба темно-коричневого цвета с пронзительным светом, словно поглотили солнце. Я пьянею окунувшись в них, впуская Ее в свои мысли, а коньяк - в стакан. Рай - это сочетание всего самого лучшего, идеальная фреска. Поэтому я пью только тогда, когда рядом с Ней. Даже не знаю от чего я пьянею - от ее карих глаз, которые можно спокойно отнести к алкоголю, или от коньяка. Но все же. Наблюдая за тем как ее руки изящно сжимают бокал, я смакую каждый глоток и пьянею сам не знаю от чего.